pushkino_2009 (pushkino_2009) wrote,
pushkino_2009
pushkino_2009

Categories:

"Тихий Дон" в Клязьме

     21 февраля 2012 г. исполнилось 28 лет со дня смерти лауреата Нобелевской премии (1965 г.), писателя и общественного деятеля М.А. Шолохова (1905–1984гг.). Михаил Александрович близок нашему городу тем, что в 1927-1928 годах жил на даче в поселке Клязьма на улице Лермонтова, 15. В июне 1927 г. он приехал в Москву с рукописью первого тома романа «Тихий Дон» и отдал ее для чтения в издательство «Московский рабочий». Редакция предложила молодому автору доработать некоторые части рукописи и выполнить ряд рекомендаций. Но для жизни в столице писателю нужны были деньги, и его друг, тоже писатель, Николай Тришин предложил временно поработать заведующим литературным отделом журнала «Крестьянская молодежь».

74634965_large_12921814423

     Из соображений экономии М. А. Шолохов с семьей на время, пока решалась судьба рукописи, поселился недалеко от Москвы, в дачном поселке Клязьма – излюбленном месте отдыха московских литераторов, имевших здесь свой Дом творчества.
      В одну из своих предыдущих поездок в Москву (еще в 1924 г.) М. А. Шолохов уже жил непродолжительное время в этом «писательском улье», но сейчас как место для серьезной литературной работы это пристанище творческих работников не годилось. Так начинающий писатель (а к тому времени уже вышли его «Донские рассказы» и «Лазоревая степь», обе в 1926 г.) оказался на даче столяра-краснодеревщика Д. А. Капкова. Хозяин дачи вспоминал:
      – Михаил Александрович снимал две комнаты с отдельным входом: нижнюю с террасой и небольшую верхнюю с балконом на восток.
      Вместе с писателем в доме поселились его жена Мария Петровна, их дочь Светлана и свояченица Нина Петровна Громославская – сестра жены М. А. Шолохова.
      Мария Петровна хорошо запомнила это их временное подмосковное жилище и проходившую через лес дорогу на станцию. Она рассказывала потом, как однажды зимой, в лютый мороз, они с мужем бежали от дома до станции, чтобы непременно успеть на поезд и не мерзнуть в ожидании следующего.
      Живя в Клязьме, М. А. Шолохов ездил на работу в редакцию журнала, располагавшуюся на Воздвиженке. Здесь он читал рукописи, сдавал материалы в очередной номер, беседовал с авторами и художниками, участвовал в совещаниях, обсуждал номера и т.д. Возвращаясь вечером на дачу, писатель уединялся в мезонине и напряженно работал до глубокой ночи. Утром домашние тщательно собирали написанное и перепечатывали на пишущей машинке. Так в тиши клязьминских ночей дорабатывалась первая книга романа.
      «Тихий Дон» начали печатать в том же 1927 году с июльского номера «Роман-газеты». От номера к номеру рос тираж и со 140 тысяч к последним номерам достиг 250 тысяч экземпляров. Одновременно шел набор рукописи в книжном варианте. Первый том вышел в середине 1928 года тиражом 10 тысяч экземпляров.
      Д. А. Капков вспоминал, что однажды М. А. Шолохов вернулся из Москвы радостный и довольный. Он привез несколько одинаковых книг и одну из них подарил ему с дарственной надписью. К сожалению, книга не сохранилась.
      В свидетельствах старого столяра о М. А. Шолохове порой мелькали любопытные подробности:
      – Память у него была изумительная. Бывало, вернусь с работы усталый, сяду за газету, а Михаил Александрович спустится вниз, в столовую, и скажет: «Ну что, Дмитрий Алексеевич, устал? Не читай, я тебе так расскажу, что там написано». И без газеты мне подробно рассказывал все содержание свежего номера.
      Михаил Александрович был в ту пору молод, энергичен. Бывало, во дворе начнет возню со своими домашними на снегу, а затем, немного усталый, но отдохнувший, продолжит свою работу. Летом часто совершал прогулки со своей семьей. Вокруг дачи было много деревьев. Большой массив леса простирался на месте теперешнего поселка Клязьма, и только кое-где стояли дачи…
Наблюдения Д. А. Капкова получили подтверждение спустя много лет. Однажды М. А. Шолохов, будучи уже знаменитым писателем, уезжал из Москвы с Казанского вокзала. Его провожали литературовед В. В. Петелин и поэт В. И. Фирсов, которые в разговоре сообщили ему, что собираются ехать до Загорска (ныне Сергиев Посад – авт.) по Ярославской дороге. Писатель подхватил тему и стал вспоминать:
      – А ведь до войны Пушкино, Заветы Ильича, Правда – все станции по вашей дороге, знаете, конечно, казались глухоманью. Долго тащился туда паровичок из Москвы. Жил я в тех местах однажды. Вроде бы все хорошо было, лес, тишина, многие восторгались, а мне было скучно, тоскливо на душе. Потом только догадался, что тяготит меня: нет степного простора. Глаза всюду на что-то натыкались. Я же степняк… Там, у нас-то, куда ни посмотришь, всюду простор, безбрежность и ровная степь, гладкая, как стол. Всегда радовался, когда в лесу попадалась просека: выйду и смотрю вдаль, хоть чем-то напоминает степь, видится далеко…
      Это М. А. Шолохов, безусловно, о тех своих прогулках по клязьминскому лесу, начинавшемуся прямо за снимаемой им дачей. С тех пор Клязьма сильно изменилась. Некогда одинокий дом Д. А. Капкова сегодня стоит на оживленной, плотно застроенной по обе стороны улице, и со всех сторон его теснят двух-, трехэтажные коттеджи. За высоченным металлическим забором он почти не виден. Лишь по-прежнему гордо вскинута в небо мансарда, с которой писатель, как с капитанского мостика, осторожно проводил первую часть своего смелого романа об ошельмованном и опальном казачестве через рифы и пороги советской цензуры.

P1220166_1

http://img-fotki.yandex.ru/get/6407/62544421.e/0_8a2c0_579504fb_orig

      Женский голос из динамика домофона на калитке на мою просьбу впустить на участок, чтобы сфотографировать историческое строение, ответил, что не имеет права. Но с дощатого забора соседнего участка дом открылся как на ладони. Перекошенный, с незакрывающейся дверью на террасу, газетами на окнах вместо занавесок, с фасада он кажется нежилым. Жизнь в нем теплится лишь где-то с черного хода, куда ведет очищенная от снега дорожка.
      Хозяин, по слухам, живет в Москве и зимой наведывается в Клязьму редко, а старый дом поддерживают «на плаву» нанятые им люди. Не исключено, что именно их «усердием» сад уже вырублен, все лишнее вывезено, участок подготовлен под строительную площадку, а агонизирующий дом – под слом. Вероятно, уже весной дом снесут, и владелец возведет на его месте еще одну безликую каменную коробку. И тогда уже туристская тропа никогда не завернет сюда, к истоку «Тихого Дона» в Клязьме.


В. ПАНЧЕНКОВ
Газета "Маяк"
12 марта 2009 г.

Tags: дача, известные личности, клязьма, пушкино
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 9 comments