?

Log in

No account? Create an account

Назад | Вперед

Течет река Скалба...

    Наверное, каждый житель Подмосковья видел реку Скалбу или слышал о ней. Но не все знают, что у Скалбы три истока, и находятся они в разных, относительно недалеко отстоящих друг от друга местах. Из этих сливаю­щихся ручейков и образуется настоящая Скалба, хотя по всем картам официально признан тот исток, что находится на краю старинной деревни Нагорное. Именно здесь из болота вытекают небольшие потоки воды.

     По всем признакам (заросли ольхи, камыша, осоки, стрелолиста) можно предположить, что еще двадцать­-тридцать лет назад исток Скалбы находился в полутора­-двух километрах выше от нынешнего. Проложенная бетонная дорога «обрубила» старую часть русла, и только в полноводную весну да в дождливое лето они соединяются по проложенной под дорогой трубе. Чуть ниже ручей перекрыли земляной плотиной, образовался большой пруд. После него извилистой лентой Скалба тянется по деревне Нагорное. Неподалеку от улицы Чапчиково — еще один пруд.
     Чапчиково — старинное селение, известное с 1584 года, прекратило существование в 1936 году, так как попало в зону затопления Учинским водохранилищем канала имени Москвы. Жители были переселены в деревни и села Пушкинского района, в том числе и в Нагорное.

     Неплохо было бы назвать улицы деревни Нагорное именами тех, кто прославил селение. Это, преж­де всего, князь М.М. Щербатов (1733-­1790 гг.) — видный политический деятель времен Екатерины II. Именно в этой деревне, в своей вотчине, с 1770 по 1790 годы он писал «Историю Российскую от древнейших времен». Вторая его книга «О по­вреждении нравов в России» очень не понравилась Екатерине II за свободомыслие. Похоронен М.М. Щербатов в селе Михайловском Ярославской губернии.
     Улицы Павлова в деревне тоже нет. М.Г. Павлов (1793­-1840 гг.) владел Нагорным в первой половине XIX века. Это первый русский ученый, разработавший основные вопросы сельскохозяйственного производ­ства. В своей вотчине он организовал земледельческую школу, где обучал крепостных крестьян передовым методам ведения хозяйства.

     Миновав деревню Нагорное, Скалба ныряет под железнодорожное полотно и попадает на территорию поселка Зеленоградский. Тут речка как-­то теряет «характер», растекается по протокам среди осоки, камыша и кустарниковой растительности. Но через сотню метров это уже опять настоящая Скалба с коренными берегами, с течением, с глубиной. Движется речка на юго­-восток, а на подходе к селу Майково резко сворачивает на юго-­запад. Таков рельеф.
     Село Майково. Первое письменное упоминание относится к 1616 году. Примечательно оно тем, что принадлежало генералу Аполлону Майкову, родственнику известного поэта Аполлона Майкова. Уж не об этих ли местах поэт писал:

Люблю дорожкою лесною,
Не знаю сам куда, брести.
Двойной глубокой колеею
Идешь — и нет конца пути.
Кругом пестреет лес зеленый,
Уже румянит осень клены,
А ельник зелен и тенист.
Осинник желтый бьет тревогу,
Осыпался с березы лист…

1853 г.

    В Майкове сохранился участок старинного парка (ель, береза, дуб, сосна, клен), луг, рядом обмелевший пруд (запруженная Скалба) и разреженная въездная липовая аллея. Предвидел поэт разруху:

Мой сад с каждым днем увядает,
Помят он, поломан и пуст…

     Здесь на пруду оказался свидетелем довольно занимательного случая: черная немецкая овчарка самостоятельно пасла на лугу с десяток дойных коз. И стоило хозяйке издалека дать знак собаке, как та быстро развернула стадо к дому. Так что не только в Австралии собаки пасут скот, есть и в Майкове такой «пастух».

     Далее, за плотиной, Скалба течет среди зарослей леса, кустарника, осоки и примерно через километр пути встречается со своим первым притоком, который по полноводности лишь немного уступает основной речке.
     Подробнее о притоке. Его истоком служит оставшееся от ледникового периода озеро (вероятно, с большими залежами торфа) площадью пять-­шесть гектаров, расположенное за платформой Зеленоградская. Приток в низине встречается с еще одним ручейком, который начинается в близлежащей деревне Зимогорье. Соединившиеся два ручейка, уже довольно полноводные, встречают первую на своем пути плотину. Видимо, люди хотели устроить здесь купальню, рыбу запустить, но что­-то помешало. Пруд стоит заброшенным. Приток течет среди столетних елей, берез, молодой черемухи, проходит под железнодорожным полотном и уже сформировавшимся потоком с небольшими водопадами и водоворотами мчится в сторону поселка Правдинский. На этом участке пополняют приток десятки родников, которые бьют из­-под высокого холма левого берега. Приходят сюда за водой местные жители. Пройдя еще километра два, приток соединяется со Скалбой. В этом месте подпитывают Скалбу многочисленные болотца. Местность очень красивая, настоящее царство папоротников, высокой сочной травы, щавеля, купальницы, люпина, черемухи. Именно здесь впервые за многие годы я услышал кукушку, увидел, как поднялась из болота одинокая цапля, пролетели кряквы.
     Далее по течению просматриваются искусственные посадки ели и березы — это работа студентов Правдинского лесхозтехникума двадцатилетней давности. А вот и первый пляж. Глубина речки до полуметра, на берегу золотистый песок, говорят, даже раки появились. Примечательно, в поселке Правдинский одна из улиц носит название Скалба.

     Уже ближе к древнему селу Братовщине (в прошлом Братошино), приняв с левой стороны небольшой приток­родничок, Скалба вырывается на равнинное место, умеряя свой довольно быстрый бег. Медленно, но верно осваивается равнина добротными двух­-трехэтажными кирпичными дачами. И каждый хозяин норовит построить жилье поближе к речке. Пройдя по равнине, Скалба оказывается в Братовщине, а это ровно половина ее пути.

Река Скалба в Ивантеевке

Газета "По Ярославке" №6 от 20.02.2004


     Костино. Поселение известно по писцовым книгам с 1584 года, и первым его владельцем был боярин Костин. На протяжении времени хозяева менялись, в XVII-­XVIII веках это вотчина Троице­Сергиева монастыря. Рядом с Костино стояла деревня Бибики (1584 год), в середине XIX века превратившаяся в пустошь.

      С постройкой в 1862 году железной дороги от Москвы до Сергиева Посада (с остановкой Братовщина, ныне Правда) местность у деревни Костино стала осваиваться дачниками. В основном это были московские банкиры, фабриканты, богатые купцы, чиновники. До сегодняшнего дня сохранились дачи (сильно перестроенные) фабрикантов Фридрихсона (детский сад) и Ершова (административное здание).
      Примечательный факт: в конце XIX века деревню Костино населяли жители, носившие одну фамилию — Тимофеевы. Это были крестьяне, близкие и дальние родственники, перебравшие­ся сюда из Тульской губернии. И сегодня их потомки живут в Костино, люди приметные, высокие, крепкие, трудолюбивые. В начале XX века костинцы помимо ведения личного хозяйства создали артель: шили по домам обувь, выделывали кожу, торговали этими товарами по всей округе и даже возили на ярмарки в Сергиев Посад, Мытищи, Дмитров. После революции 1917 года жизнь в Костино не изменилась. Все так же держали подворье, имели покосы, заготавливали для своих нужд лес. В 1928 году власти организовали колхоз, присвоив ему имя А. И. Муралова, наркома земледелия РСФСР. В 1937 году А. И. Муралов оказался «врагом народа», и колхоз получил новое название «Рассвет».

      В начале 1930 года в двенадцати деревнях Пушкинского района (в том числе и Костино) началось строи­тельство «Зеленого города», включающего в себя целую сеть домов отдыха, санаториев, пансионатов, пионерских лагерей. В Костино также оборудовалась обширная территория под переезд Московского зоопарка.
     В 1933 году в связи с изменившейся в стране обстановкой (правительство форсировало программу индустриализации страны) строительство «Зеленого города» было прекращено. В Костино в уже построенное здание пансионата переехал из Москвы детский дом. Позже здесь жили испанские дети. Во время войны 1941—1945 гг. фронт оказался совсем недалеко от Костино (проходил в тридцати километрах по каналу им. Москвы у Яхромы). В конце июня 1941 года детский дом эвакуировали в Татарию, детей к тому времени здесь находилось 650 человек.
      В Костино расположился один из полков 1­-й Ударной армии, которой командовал генерал-­лейтенант В. И. Кузнецов. Солдаты вместе с местными жителями рыли окопы, у леса по­ставили зенитки, на дорогах установили противотанковые ежи, заминировали возможные направления прорыва.
      Закончилась война, в деревню вернулись лишь восемнадцать фронтовиков, сорок костинцев остались лежать на полях сражений от Москвы до самого Берлина. Их имена выбиты в мраморе на скромном сельском обелиске, воздвигнутом в центре Костино.
     В деревне Костино до 60­-х годов располагалось два учебных заведения: лесной техникум и педагогическое училище, да еще здесь же разместилась биостанция Московского городского педагогического института им. Ленина.
     Пожалуй, самым «революционным» этапом в жизни крохотной деревни Костино, полностью изменившим ее облик, был 1963 год, когда решением Моссовета вся прилегающая территория в сто десять гектаров была передана главному управлению промышленности строительных материалов (ГУПСМ) при Мосгорисполкоме для создания здесь зоны отдыха трудящихся и членов их семей. К тому времени в ГУПСМ работало около ста тысяч человек.
     В 70­-е годы «Зеленый городок» стал также сельскохозяйственным центром отрасли с пахотными землями, яблоневым садом, животноводческими фермами, теплицами, овоще­хранилищем.
     Продолжил путь, перешел на левый заболоченный берег, решил пройти вверх по ручью, впадающему в этом месте в Скалбу. Вскоре обнаружил старую, покрытую густым мхом, сооруженную из бревен, толстых досок и скрепленную коваными скобами самую настоящую лежневую дорогу, точнее то, что от нее осталось. Именно такие дороги делали в России, чтобы на лошадях трелевать лес.
      Длина ручья оказалась около двух километров. Течет он из заболоченного места, расположенного под поселком Лесной.
     В Костино любил отдыхать Борис Пастернак, будущий лауреат Нобелевской премии 1958 года. Так, в письме приятелю от 12 июня 1923 года он пишет: «Соберитесь как­-нибудь к нам на воскресенье. Очень удобный поезд. Отходит от Ярославского вокзала в 12.45… Ехать надо за Пушкино до ст. Братовщина… Тут слезете и пойдете через село Братовщину в деревню Костино. Живем мы в крайней по­следней избе по деревне у Сергея… Просим с супругой, если она хороший ходок и эти три версты ее не пугают».

Спасское


Незабвенный сентябрь осыпается в Спасском.
Не сегодня ли с дачи съезжать вам пора?
За плетнем перекликнулось эхо с подпаском
И в лесу различило удар топора.
Этой ночью за парком знобило трясину.
Только солнце взошло, и опять — наутек.
Колокольчик не пьет костоломных росинок,
На березах несмытый лиловый отек.
Лес хандрит. И ему захотелось на отдых,
Под снега, в непробудную спячку берлог.
Да и то, меж стволов, в почерневших обводах
Парк зияет в столбцах, как сплошной некролог.
Березняк перестал ли линять и пятнаться,
Водянистую сень потуплять и редеть?
Этот — ропщет еще, и опять вам — пятнадцать
И опять, — о, дитя, о, куда нам их деть?
Их так много уже, что не все ж — куролесить.
Их что птиц по кустам, что грибов за межой.
Ими свой кругозор уж случалось завесить,
Их туманом случалось застлать и чужой.
В ночь кончины от тифа сгорающий комик
Слышит гул: гомерический хохот райка.

Нынче в Спасском с дороги бревенчатый домик
Видит, галлюцинируя, та же тоска.

(Из книги Б. Пастернака «Темы и вариации»)

     Село Спасское, которое упоминает Борис Пастернак, располагалось неподалеку от Костино. В прошлом называлось Спасское­-Кощейково, ныне деревня Кощейково. В 1707 году в ней находилась церковь Спаса Неруко­творного (не сохранилась).

Газета "По Ярославке" №8 от 05.03.2004

     После Костино Скалба течет по самым диким и, пожалуй, самым красивым местам. Идешь — и кажется, что здесь вообще не ступала нога человека. Сосна, береза, дуб, клен, ольха, тополь, ива, лиственница, рябина, поляны папоротника, ландыша, хвоща, люпина. Цветущие белые лилии в речке, холмы, возвышенности, по­крытые ярко-­зеленой сочной травой — все это типичная срединная Россия.      Скалба в этих местах шириной до пяти метров, глубиной более метра — результат подпора реки очередной плотиной. Справа из-­под возвышенности стекает в Скалбу более десятка ручейков.
      Перед Красноармейским шоссе в Скалбу левым притоком впадает крохотная речка Песчанка.
     Дальше речка течет среди холмистых полей, березовых колков, встречаются на ее пути дубравы, и через сельцо Паршино, Левково, Невзорово устремляется к старинному селу Комягино.
     Паршино (ныне хутор Паршино). Это селение известно с 1574 года. В 1884 году сельцо Паршино значится как селение 4го стана Мытищинской волости Московского уезда. Ныне здесь живут в основном потомственные лесники. Территория относится к Пушкинскому сельскому округу.
     Левково. По письменным документам известно с 1585 года как владение Р. М. Пивова. После польско­-литовского нашествия (1610­1612 гг.) село переходит во владение Борисоглебского монастыря (в Ростове Великом). В 1755 году строится церковь Ильи Пророка. В конце XIX века Левково — владение московского купца А. И. Козлова, который открывает здесь кожевенный завод и перчаточное производство, где в 1890 году работало более пятидесяти человек.
      От прошлых времен сохранился лишь барский пруд.
      На противоположном берегу Скалбы, напротив Левково, стояла усадьба «Часовня», принадлежавшая Каулину, владельцу находившегося здесь в конце XIX века нитяного производства, где трудилось около сорока человек.
      Невзорово. Впервые упоминается в писцовой книге Московского государства от 1613 года: «Невзорово — деревня, что была пустошь Муром вотчина Племянниковых». Позже владельцами Невзорово были: князь И. А. Голицын, князь М. П. Черкасский, А. Ф. Лопухин, П. А. Толстой, А. П. Бестужев­-Рюмин, князь Волконский.
      Предположительно название деревни произошло от неканонического «невзор» (невзрачный) или от фамилии владельца.
      В 1674 году в селе освятили церковь во имя Смоленской иконы Пресвятой Богородицы, которая простояла до 1755 года.
      Комягино (в прошлом Сергеево). В книге А. и Г. Холмогоровых «История деревень и усадеб XIV-­XVII вв.», вышедшей в Москве в 1846 году, написано: «… в Москов­ском уезде, в Боховом стану, было сельцо Сергеево, а прежде пустошь Комягино, на речке Скалбе», и далее рассказывается о том, что деревня была заселена после 1646 года крестьянами из вотчины стольника (придворный сан) Никиты Ивановича Акинфова, «перевезенными из деревни Фомкиной Костромского уезда, села Клобуково Юрьевского уезда, сельца Трех Прудов и села Тереховец Вологодского уезда». В 1678 году в селе находился двор вотчинников (родовые владельцы земли) и скотный двор, при нем пять человек. Также здесь числилось шесть крестьян­ских дворов, где проживало 26 человек.
      В 1678 году в селе Комягино освятили каменную церковь Сергия Радонежского (самая древняя в Пушкинском районе).
     После Комягино Скалба течет по широкой долине, где в нее впадает левым притоком речка Песочня; повернув вправо, через сотню метров, уже в пределах Ивантеевки, чуть ли не в центре города она соединяется с более полноводной Учей.
 

Газета "По Ярославке" №9 от 12.03.2004

Григорий КИТАЙГОРОДСКИЙ


http://www.mosoblpress.ru/yarosl/show.shtml?d_id=159031

http://www.mosoblpress.ru/yarosl/show.shtml?d_id=159092
http://www.mosoblpress.ru/yarosl/show.shtml?d_id=159105

Comments

( 1 комментарий — Оставить комментарий )
Василий Коршун
25 сент, 2014 09:27 (UTC)
Течет река Скалба...
Упомянутые села Майково и Спасское представляли собой один и тот же населенный пункт, находившийся южнее ж/д платформы Спасская (сейчас Зеленоградская).
( 1 комментарий — Оставить комментарий )
Разработано LiveJournal.com